24 декабря (1790 год) день взятия Измаила русскими войсками под командованием А. В. Суворова. День воинской славы России

54

Во времена правления Екатерины Великой влияние Российской империи заметно выросло на мировой арене, что не могло не беспокоить другие страны. Императрица добивалась расширения и укрепления границ государства, усиления его позиций в международных делах. Проникновение России в Причерноморье, присоединение Крыма, создание Черноморского флота были неприемлемы для Турции. В Стамбуле то и дело поднимались реваншистские настроения, достигнув своего апогея в 1787 году, когда английский посол заявил что, Британия поддержит Османскую империю, если она начнёт войну против России. Франция и Пруссия также поддержали решение султана Абдул-Хамида I об объявлении войны России.

В 1787 году, пользуясь поддержкой Великобритании, Франции и Пруссии,  турецкое правительство выдвинуло ультиматум с требованием к России возвращения Крыма, отказа от покровительства Грузии, а также согласия на осмотр русских торговых судов, проходящих через Черноморские проливы. Русского посла в Турции заточили в крепость. Также турки хотели возвращения утраченных земель в ходе прошлой войны.

Однако, несмотря на заявление западных стран о поддержке Турции, они остались в строгом нейтралитете. Россия же зимой 1788 добилась от союзника и личного друга Екатерины II австрийского императора Иосифа II вступления Австрии в войну против Османской империи, что вынуждало турок биться сразу на два фронта.  Хотя именно султан объявил войну, Османское государство и армия были совершенно не подготовлены к войне, которая требовала больших денег, и хорошей выучки солдат. По численности турецкая армия в несколько раз превосходила русскую.

Русская же армия была прекрасно подготовлена, у нее был опыт военных побед в последних войнах, а руководила ей целая плеяда талантливых полководцев и адмиралов. Царица разбиралась в людях, потому при ней появилась много славных военачальников, навсегда вписавших свои имена в историю: Румянцев, Потемкин, Орлов, Ушаков и Суворов. На фоне грандиозных побед, из Европы в Россию хлынул целый поток молодых и амбициозных офицеров, которые хотели записаться в русскую армию, при том многие начинали службу как волонтеры. Среди них Осип Михайлович Дерибас (Хосе де Рибас), отличный флотоводец, вложивший большой вклад в строительство Одессы.

Несмотря на то, что турки напали первыми, в первой же крупной битве на Кинбурнской косе в 1787 году 1,5-тысячный отряд А. В. Суворова наголову разгромил 6-тысячный турецкий десант. Суворов к тому времени уже прославил себя многими победами и был хорошо известен в армии.

Александр Васильевич Суворов с детства увлекался военной наукой, однако рос слабым и болезненным, поэтому отец будущего генералиссимуса, генерал-аншеф Василий Иванович, длительное время планировал отдать его на гражданскую службу. Но юный Александр твердо решил стать военным: мальчик стал закаляться и заниматься физическими упражнениям, одновременно с этим изучая военную науку, пользуясь обширнейшей отцовской библиотекой, увлекался артиллерией и фортификацией. Сказалось и влияние Абрама Ганнибала (друга семьи Суворовых и прадеда Александра Пушкина), который увидев, что юный Александр хорошо разбирается в военных маневрах и в тактике, посоветовал Василию Ивановичу избрать для сына военную карьеру.

Наконец, генерал-аншеф Василий Суворов записал Александра мушкетером в гвардейский Семеновский полк, но еще три года его сын провел дома, изучая военные книги и занимаясь с отцом. В возрасте 15 лет величайший русский полководец начал свою службу простым солдатом. Служа рядовым, Александр ничем не отличался от простых солдат: ходил в караулы, стоял на часах в любую погоду, ел солдатскую пищу. В свободные минуты он продолжал пополнять свои знания, много читал и даже посещал занятия в кадетском корпусе.

Однажды он стоял на карауле, когда мимо проходила императрица Елизавета Петровна. Увидев Александра, она подошла к нему, спросив о его имени и его отце.  Узнав, что он сын Василия Ивановича, который был ей известен, она вынула серебряный рубль и хотела дать молодому Суворову. Он отказался взять, объяснив, что караульный устав запрещает брать часовому деньги. „Молодец“, — сказала государыня: „знаешь службу“; потрепала его по щеке и пожаловала поцеловать свою руку. „Я положу рубль здесь, на земле“, — прибавила она: „как сменишься, так возьми“. Эту монету Суворов хранил всю свою жизнь.

Медленно, но верно Александр Васильевич продвигался по службе. Стал капралом в 1747 г., унтер-офицером – в 1749 г., сержантом – в 1751 г. В 1754 году он был произведен в офицеры. Участвовал в Семилетней войне, особо отличился при подавлении восстания Барской конфедерации в Польше, после которого произошел Первый Раздел Польши. Там он получил чин генерал-майора и свою первую награду – Орден Святой Анны.

В 1773 году, по личной просьбе, он был отправлен  русско-турецкую войну, где еще ярче проявил свои полководческие таланты. Он дважды с ходу брал крепость Турукай, обороняемую в разы превосходящими по численности турецкими войсками. А после разгромил османское войско, что привело к подписанию Кючук-Кайнарджийского мирного договора. Суворов стал известен по всей стране. Но особенно славной для него стала следующая русско-турецкая война.

Под впечатлением разгрома Суворовым турецкого десанта на Кинбурнской косе, Османская империя сосредоточилась на оборонительных действиях, а русские командующие перехватили инициативу в свои руки. В сентябре 1788 года войсками Румянцева был взят Хотин, а 17 декабря того же года после ожесточённого штурма Потёмкиным был взят Очаков. Весть об этом так шокировала султана Абдул-Хамида I, что тот вскоре умер от сердечного приступа.

Стремясь взять реванш и отомстить за Очаков, в конце августа 1789 года новый турецкий визирь Хасан-паша перешёл со 100-тысячным войском Дунай и двинулся к реке Рымна. Основные войска русских были стянуты для осады Бендер, Молдавия  была почти без защиты. 11 сентября Суворов, соединившись с австрийскими войсками принца Кобургского, атаковал более чем четырехкратно превосходящего противника, полностью разбив его войско. Это была одна из самых знаменательных побед Суворова за всю его карьеру. За победу в ней он был возведён Екатериной II в графское достоинство со званием Рымникский, получил бриллиантовые знаки Андреевского ордена, шпагу, осыпанную бриллиантами с надписью «Победителю визиря», бриллиантовый эполет, драгоценный перстень и Орден Святого Георгия 1-й степени.

В 1790 году турками была разбита армия австрийского принца Кобурга, а вскоре умер австрийский император  Иосиф II. Его преемник  Леопольд II склонился на открытие мирных переговоров при посредничестве Англии и Пруссии. Это ободрило турок, которые решили попытаться вновь овладеть Крымом и прикубанскими землями, а на Нижнем Дунае ограничиться обороной. Но действия на Чёрном море были опять неудачны для турок: их флот дважды был разбит контр-адмиралом Ушаковым. Однако турки не шли на уступки. Война затягивалась, требуя все новых и новых затрат. Командующий русской армией Г.А. Потемкин понимал, что единственной возможностью склонить Османскую империю на мирные переговоры было взятие Измаила, слывшего непреступной крепостью.

Измаилская крепость лежала на левом берегу Килийского рукава Дуная между озерами Ялпухом и Катлабухом, на склоне отлогой высоты, оканчивающейся у русла Дуная низким, но довольно крутым скатом.

Стратегическое значение Измаила было огромно: здесь сходились пути из Галаца, Хотина, Бендер и Килии; здесь было наиболее удобное место для вторжения с севера за Дунай в Добруджу. К началу русско-турецкой войны 1787–1792 годов турки под руководством немецких и французских инженеров превратили Измаил в мощную крепость с высоким валом и широким рвом глубиною от 6 до 10 метров, местами наполненным водой. Крепость имела 11 бастионов, на которых располагалось 260 орудий. Гарнизон Измаила составляли 35 тысяч человек под командованием Айдозле-Мехмет-паши. При этом турецкая армия не имела права сдаваться, ведь новый султан Селим III повелел в случае падения Измаила казнить из его гарнизона каждого.

Осаждавшие крепость  И. В. Гудович, П. С. Потемкин и генерала Дерибас не имели успеха. На военном совете было принято решение отводить войска от Измаила ввиду приближавшейся зимы. Однако, главнокомандующий русской армией князь Г. А. Потемкин-Таврический приказал Суворову принять в свое командование войска, осаждавшие Измаил, и взять эту неприступную твердыню. Генерал- аншеф Александр Васильевич Суворов прибыл к городу, остановив уже отходящие войска, и блокировал крепость с суши и с моря.

Его прибытие заметно подняло дух русской армии, численность которой составляла 31 тысячу, то есть уступала 4 тысячи в численности турецкой обороняющейся армии. Суворов ежедневно проводил рекогносцировку, а недалеко от крепости соорудил собственные валы и рвы, по которым тренировались взбираться солдаты, в основном ночью. Немало главнокомандующий сделал для моральной поддержки солдат: он подходил к ним, разговаривал, одновременно подбадривая их воспоминаниями преодоленных в прошлых трудностях.

Дабы сделать нападение внезапным и уменьшить потери от огня, Суворов задумал начать штурм ночью; темнота, собственно, была нужна для первого удара, для овладения валом; затем уже вести бой в темноте, среди узких улиц, против засевших турок было трудно. Управление же войсками становилось фактически невозможным, как и взаимодействие отдельных колонн. Также полководец предполагал, что штурм будет длительным из-за упорного сопротивления врага, поэтому необходимо было больше времени: в Измаиле 11 декабря солнце восходит в 7 ч. 40 м. и заходит в 16 ч. 20 мин. Начать штурм предполагалось примерно за 2 часа до рассвета по сигналу, поданному третьей ракетой.

Незадолго до штурма Суворов послал предельно краткое и ясное письмо-ультиматум начальнику крепости великому сераскеру Айдозле-Мехмет-паше: «Я с войсками сюда прибыл. Двадцать четыре часа на размышление — и воля. Первый мой выстрел — уже неволя. Штурм — смерть». Ответ великого сераскера был таким: «Скорее Дунай потечёт вспять и небо упадёт на землю, чем сдастся Измаил».

Так как ракеты могли встревожить турок и свести на нет всю внезапность штурма,  было велено «ракетами приучать бусурман, пуская оные в каждую ночь во всех частях перед рассветом».

 

Начало штурма

21 декабря с восходом солнца началась артподготовка, продолжавшаяся весь день и окончившаяся за 2,5 часа до штурма. Неприятель сначала отвечал весьма энергично, но потом ответная пальба стала ослабевать и, наконец, совсем прекратилась.

В 3 часа пополуночи 22 декабря взвилась первая сигнальная ракета, по которой войска оставили лагеря и, перестроившись в колонны, выступили к назначенным по диспозиции местам. Атакующие войска разделялись на 3 отряда (крыла), по 3 колонны каждый. Отряд генерал-майора де Рибаса (9,000 чел.) атаковал с речной стороны. «Правое крыло» под начальством генерал-поручика Павла Потемкина (7,500 чел.) имело назначение произвести удар на западную часть крепости. «Левое крыло» генерал-поручика Александра Самойлова (12,000 чел), –  на восточную. Таким образом, атаки правого и левого крыльев обеспечивали успех удара Рибаса с приречной стороны. Кавалерийские резервы бригадира Вестфалена (2,500 чел) были на сухопутной стороне. В половине шестого колонны двинулись на приступ.

Первой к крепости подошла колонна генерал-майора Бориса Петровича Ласси. В 6 часов утра под градом неприятельских пуль егеря Ласси одолели вал, и наверху завязался жестокий бой. Апшеронские стрелки и Фанагорийские гренадеры 1-й колонны генерал-майора С. Л. Львова опрокинули неприятеля и, овладев первыми батареями и Хотинскими воротами, соединились со 2-й колонной. Хотинские ворота были открыты для кавалерии. Одновременно на противоположном конце крепости 6-я колонна генерал-майора М. И. Голенищева-Кутузова овладела бастионом у Килийских ворот и заняла вал вплоть до соседних бастионов.

Наибольшие трудности выпали на долю третьей колонны генерал-майора Фёдора Ивановича Мекноба. Она штурмовала большой северный бастион, соседний с ним к востоку, и куртину между ними. В этом месте глубина рва и высота вала были так велики, что лестницы в около 11,7 м оказались коротки, и пришлось под огнем связывать их по две вместе. Однако главный бастион был все же взят.

Четвертая и пятая колонны (соответственно полковника В. П. Орлова и бригадира М. И. Платова) также выполнили поставленные перед ними задачи, одолев вал на своих участках.

Десантные войска генерал-майора Дерибаса в трех колоннах под прикрытием гребного флота двинулись по сигналу к крепости и построились в боевой порядок в две линии. Высадка началась около 7 часов утра. Она производилась быстро и четко, несмотря на сопротивление более 10 тысяч турок и татар. Успеху высадки немало способствовали колонна Львова, атаковавшая во фланге береговые дунайские батареи, и действия сухопутных войск с восточной стороны крепости.

Первая колонна генерал-майора Н. Д. Арсеньева, подплывшая на 20 судах, высадилась на берег и разделилась на несколько частей. Батальон херсонских гренадер под командованием полковника В. А. Зубова овладел весьма крутым кавальером (возвышенным оборонительным сооружением), потеряв 2/3 людей. Батальон лифляндских егерей полковника графа Рожера Дамаса занял батарею, которая обстреливала берег.

Другие части также овладели лежавшими перед ними укреплениями. Третья колонна бригадира Е. И. Маркова высадилась у западной оконечности крепости под картечным огнем.

При наступившем дневном свете стало ясно, что вал взят, неприятель вытеснен из крепостных верхов и отступает во внутреннюю часть города. Русские колонны с разных сторон двинулись к центру города — справа Потемкин, с севера казаки, слева Кутузов, с речной стороны де-Рибас.

Начался новый бой. Особенно ожесточенное сопротивление продолжалось до 11 часов утра. Несколько тысяч лошадей, выскочивших из горящих конюшен, в бешенстве мчались по улицам и увеличивали смятение. Почти каждый дом приходилось брать с боем. Около полудня Ласси, первым взошедший на крепостной вал, первым же достиг и середины города. Здесь он встретил тысячу татар под начальством чингизида Максуда Гирея. Максуд Гирей защищался упорно, и только когда большая часть его отряда была перебита, сдался в плен с 300 воинами, оставшимися в живых.

Для поддержки пехоты и обеспечения успеха Суворов приказал ввести в город 20 лёгких орудий, чтобы картечью очистить улицы от турок. В час дня, в сущности, победа была одержана. Однако бой еще не был закончен. Неприятель пытался нападать на отдельные русские отряды или засел в крепких зданиях как в цитаделях. Попытку вырвать обратно Измаил предпринял Каплан Гирей, брат крымского хана. Он собрал несколько тысяч конных и пеших татар и турок и повел их навстречу наступавшим русским. Но эта попытка не удалась: сам он был убит. Погибли и все пять его сыновей. В два часа дня все колонны проникли в центр города. К 16 часам часа победа была одержана окончательно. Измаил пал.

Потери турок были огромны, одних убитых оказалось более 26 тысяч человек. В плен взято 9 тысяч, из них на другой день две тысячи умерли от ран. Из всего турецкого гарнизона спасся только один человек. Легко раненный он упал в воду и переплыл Дунай на бревне.

Русские потеряли 2136 убитыми и 3214 раненными. В Измаиле было взято 265 орудий, до 3 тысяч пудов пороху, 20 тысяч ядер и множество других боевых припасов, до 400 знамен, 12 паромов, 22 легких судна и множество богатой добычи, доставшейся войску.

Покорение Измаила, вывело из себя турецкого хана, который долго не мог поверить в падение непреступной крепости. Однако, после взятия города начались мирные договоры. И хотя война закончилась только на следующий год, после еще двух больших побед  русской армии — на суше и на море, — измаильский подвиг был высоко оценен Екатериной Второй: все участники штурма были награждены специально отчеканенной памятной медалью. А в честь Суворова изготовлена особая медаль с профилем полководца на лицевой стороне и названием мест его побед на оборотной. Слава о великом полководце и о силе русского оружия быстро разлетелась по всей Европе. Гавриилом Державиным в честь взятия Измаила были написаны стихи «Гром победы раздавайся», которые были положены на музыку, став неофициальным русским национальным гимном конца XVIII — начала XIX столетия.

Ясский мирный договор был заключен 29 декабря 1791 года. Он окончательно закреплял за Россией все Северное Причерноморье от Кубани до Днестра. Турция отказывалась от претензий на Грузию и обязалась не предпринимать каких-либо враждебных действий против грузинских земель.

Суворов сделал невозможное: с уступающими по численности войсками взял вооруженную до зубов крепость с минимальными  потерями. Впереди были штурм Праги (пригород Варшавы), Итальянский и Швейцарский походы, которые принесли Суворову бессмертную славу. За свою жизнь Александр Васильевич прошел путь от рядового до генералиссимуса (высшего военного звания). Он провел более 60 сражений, оставшись непобежденным. 6 мая 1800 года Александр Васильевич Суворов в возрасте 70 лет скончался. Полководец был погребен в нижней Благовещенской церкви Александро-Невской лавры. И хотя официальных объявлений о смерти и похоронах Суворова не было, они прошли при огромном скоплении народа.