Честный бизнес в России государством не предусмотрен

29

Пока экономикой рулят бухгалтера, налоги для предпринимателей будут порочны по умолчанию

20 февраля Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) опубликовал данные очередного исследования, посвященного теме предпринимательства в России. По итогам опроса, проведенного среди 1600 респондентов в возрасте от 18 лет, специалисты ВЦИОМа разглядели некоторые поводы для оптимизма.

Так, они отметили, что подавляющее большинство респондентов (89%) относятся к предпринимательству положительно. Кроме того, если в 1991 году только 2% всех респондентов позиционировало себя уже действующими предпринимателями, то сейчас в управлении собственным бизнесом призналось уже 10%.

Однако на этом весь позитив, по сути, и закончился. Более половины россиян (63%) категорически отказываются связывать свое будущее с предпринимательской деятельностью. Основными препятствиями для развития своего дела россияне посчитали высокие налоги, бюрократию и общие финансовые затраты. Серьезными трудностями также назвали коррупцию, административные барьеры и отсутствие поддержки от властей. Но самое главное — 62% опрошенных заявили, что вести бизнес по-честному в России просто-напросто невозможно.

«Сомнения в том, возможно ли в современной России вести честный бизнес, пока не преодолены, — прокомментировал эти данные генеральный директор ВЦИОМ Валерий Федоров. — Но отношение к предпринимательству как профессии, к его социальным эффектам стало существенно лучше, чем прежде. Особенно ярко позитивный тренд характеризует отношение россиян к малому и среднему бизнесу».

 Действительно, соглашается, вице-президент Национального института системных исследований проблем предпринимательства Владимир Буев, все подобные опросы, проводимые ранее и тем же ВЦИОМом, и Фондом «общественное мнение» (ФОМ), и Левада-Центром, свидетельствовали о том, что население в своей массе положительно относятся к малому и среднему бизнесу.

— Но вот в отношении крупного бизнеса, — подчеркивает эксперт, — ситуация была диаметрально противоположная. Все-таки крупный бизнес в сознании населения не легализован. Примечательно, что проводимые в 90-х годах опросы показывали, что гипотетически едва ли не все молодые россияне хотели открывать свой бизнес, однако сейчас их результаты свидетельствуют о том, что молодежь намеревается попасть либо в штат крупной компании, либо на госслужбу.

Эта ситуация, честно говоря, имеет под собой достаточно оснований — все же прекрасно видели, что произошло с палатками и киосками не только в Москве, но и по всей стране. А кто-то уже попробовал и обжегся на этом — вести бизнес в России оказывается не так просто, как об этом рассказывается в агитках.

«СП»: — А в чем главная помеха для налаживания собственного дела?

— В предпринимательском климате. Понимаете, если брать какие-то отдельные сюжеты, то получится где-то хорошо, а где-то плохо, но в целом поток информации плох.

«СП»: — Почему?

— Взять хотя бы последние события. Сколько у нас говорилось о не повышении налогов? А в этом году был поднят налог на добавленную стоимость с 18% до 20%. Кроме того, несмотря на разговоры о сокращении отчетности, она постоянно растет. Например, работодатель теперь должен подавать на своих работников новую отчетность, принимая во внимание их воинскую обязанность. Если взять какие-то более ранние события, то вспомните — когда-то были разрозненные платежи в разные социальные фонды. В начале нулевых их объединили в так называемый ЕСН (единый социальный налог) и снизили общую станку. На рубеже 2010−2011 годов эти взносы опять разъединили и ставка по ним скакнула до 30% от зарплатного фонда.

И так у нас каждый год — что-то убирается, но что-то сваливается взамен. Вместо того чтобы создавать нормальный предпринимательский и инвестиционный климат, государство бесконечно увеличивает регуляторную нагрузку, придумывает всякие финансовые программы и субсидии для избранного круга. Условия создаются не для все, а только для избранных.

В итоге, подхватывает тему председатель Национального союза защиты прав потребителей Павел Шапкин, вести бизнес без обмана не получается в принципе:

— Можно развивать свое дело честно по отношению к конечным потребителям и партнерам, но не совсем честно по отношению, например, к налоговой инспекции. Или, напротив, кристально честно по отношению к налоговикам, но тогда не совсем честно к потребителям. Предприниматели либо вынуждены экономить на качестве товаров и услуг, либо на налогах. При этом экономическая ситуация в стране настолько шлаковая, что весь бизнес, по сути, находится либо в дефолтном, либо в преддефолтном состоянии. В этой ситуации, когда моральный настрой у предпринимателей падает, чьи-то интересы так или иначе неизбежно должны быть ущемлены. Тем более что все прекрасно знают — надзор у нас существует только на бумаге.

«СП»: — А что, современному предпринимателю обязательно делать выбор между налогами и качеством?

— Когда у нас назначаются ставки налогов во время очередной налоговой реформы, россиян вообще-то не спрашивают. Мало того, при обсуждении вопросов предпринимательства и налогов вообще отсутствует коллегиальность. Система либо работает, мягко говоря, не для всех одинаково, либо вообще не работает. Об этом говорит хотя бы тот факт, что из 3,5 миллиона малых предприятий 95% составляют организации с одним-двумя сотрудниками.

 «СП»: — Чем это объясняется?
— Потому что никто старается не оформлять трудовые отношения в связи с возникновением необходимости оплаты взносов во всевозможные фонды. Если посчитать страховые отчисления, взносы в Пенсионный фонд, добавить налоги, то получится, что с каждого заработанного рубля надо отдавать как минимум 40%. Но и это еще не все. Есть налог на прибыль, всякие оборотные налоги вроде НДС. Кстати, совершенно непонятно, почему НДС вообще назвали налогом на добавленную стоимость.

«СП»: — Что вас смущает?

— Например, когда вы возвращаетесь из стран Евросоюза, на границе вам могут вернуть часть денег, которые вы потратили на покупки. Вот это я понимаю — НДС. А у нас, по сути, это чистой воды оборотный налог, на который «попадает» конечный потребитель или предприятие, не являющееся плательщиком этого налога. В конечном итоге НДС отражается на конечной стоимости товара и является эдакой машиной, постоянно накручивающей цены. Как следствие — разгоняется инфляция. А потом все удивляются — давайте бороться с высокой инфляцией, давайте экономить на бюджете и социальных выплатах, контролировать курс доллара, выпускать облигации краткосрочного займа. Но кто-нибудь, интересно, поинтересовался мнением людей при придумывании или повышении НДС? Так чего же теперь удивляться, что никто не хочет его платить…

«СП»: — И почему же его никто не хочет платить?

— Отношения между налоговой и предпринимателями очень похожи на ситуацию, когда на пустой ночной дороге одинокого прохожего встречают и требуют отдать деньги. Вообще-то, когда ты ничего не дал, но требуешь что-то отдать, в Уголовном кодексе называется грабежом. Мало того, в налоговой вообще не понимают, что такое отрицательная прибыль. Вы попробуйте покажите в отчетах убытки — вас закроют сразу же. Хотя все знают, что такое в принципе может быть.

Когда-то государственную собственность раздавали направо и налево даже не за деньги, а за цветные бумажки, называемые ваучерами, тем, кто уже давно скрылся в зарубежных офшорах. А теперь пытаются получить налоги с тех, кто собственными руками печет пирожки. А ведь они мало того, что заработали все своим горбом, так еще и в один прекрасный момент приезжает вдруг условный Собянин на условном самосвале и сносит их законную собственность.

«СП»: — Получается, государство сознательно создает такие условия, при которых по-честному развивать бизнес и зарабатывать не выходит?

— «По-честному» — это, например, когда мы с вами о чем-то договорились и выполняем условия. Тогда будет нечестно, если я вас обманул. А если изначально никто ни с кем ни о чем не договаривался, тогда как?

«СП»: — Но ведь есть же принятые законы…

— Да, у нас есть парламент, который создан властью с одной только целью — чтобы люди массово не выходили протестовать на улицы. Но с точки зрения законотворчества — это полный бред. Ну как один депутат, даже семи пядей во лбу, может вспомнить хотя бы название одного из семидесяти законов, за которые ему приходится ежедневно голосовать, не говоря уже о прочтении этих документов.

«СП»: — Есть экспертные советы, которые дают депутатам рекомендации.

— Да, есть. Что-то там придумывают, а депутат озвучивает, зачастую даже не понимая, о чем идет речь. И в итоге при принятии закона, предположим, 200 депутатов голосуют «за», 100 «против», а 50 воздерживаются. Вуаля — закон принят. Но какой же это закон? Раз такое разделение — значит, вещь сырая и работать не будет. Нужна соборность другого масштаба.

Пусть приходят все желающие по какому-то вопросу, закрываются в комнате на необходимое для вынесения единодушного мнения время. Пусть на месяц, пусть на год, но зато единодушно договариваются. Вот тогда это, я считаю, закон. А когда что-то устанавливается, простите, от балды кем-то, кто считает себя самым умным — это волюнтаризм. Тем более что ни в Госдуме, ни в правительстве, вообще нигде у нас не существует нормального механизма обсуждения деловых проблем.

«СП» — А что есть?

 — Есть совершенно абсурдное экономическое мышление у экономического блока правительства. Например, они считают, что пенсионная реформа для экономики хороша. А я вижу, что это плохо для экономики, потому что урезается расходная часть бюджета и денег в экономике становится меньше. А они там могут взяться, в свою очередь, только из бюджета, потому что в Конституции записано — деньги может печатать только Центробанк. И если расходная часть сжимается, то и доходная потом неизменно будет уменьшаться.

«СП»: — Почему же так происходит? Наши финансисты не предвидят этого?

— Просто у нас в министерствах, даже в Минфине, сидят, по моему мнению, бухгалтеры средней руки. Которые ничего не соображают и доводят страну до ручки. И самое печальное, что исправить тут ничего нельзя. Уж даже если сам Глазьев, советник президента, хватается за голову, что уж обо всех остальных говорить! Нормальных отношений в бизнесе, по сути, нет, за исключением, пожалуй, нескольких мест, где обитают «небожители» вроде Газпрома. Весь этот абсурдный курс выливается в реальные человеческие трагедии. И дальше будет хуже.

«СП»: — Почему?

— Потому, что нет абсолютно никаких причин считать, что будет лучше. Что бы там ни говорили эти бухгалтера средней руки в ведомствах, какие бы ни выдумывали экономические модели с ростом ВВП.